В письме Ариадне Эфрон 1950 года Б.Л. Пастернак писал: "Жизнь, передвижения, теснота квартир научили меня не загромождать жилья, шкапов и ящиков стола книгами, бумагой, черновиками, фотографиями, перепиской". Черный шкаф из гарнитура Р.И. Пастернак (Кауфман), который сейчас стоит в кабинете слева от двери и про который Пастернак пишет из Всеволодо-Вильвы в письме родителям зимой 1916 года: "...пришлите ... нот для чтения (очень прошу), Вагнера, если можно, Шуберта, Моцарта быть может (Дон Жуана или что-нибудь еще) — но только то, что у нас в черном шкафчике имеется", пережил все передвижения и переезды.
Книг в шкафу не очень много. Например, родительские тома энциклопедии Брокгауза и Эфрона и "Истории России" С.М. Соловьева. 29-ого июня 1922 г М.И. Цветаева в письме к Б.Л. Пастернаку вспоминает: "Зимой 1919 г. встреча на Моховой. Вы несли продавать Соловьева (?) — «потому что в доме совсем нет хлеба». — «А сколько у Вас выходит хлеба в день?» — «5 фунтов». — «А у меня 3». — «Пишете?» — «Да (или нет, не важно)». — «Прощайте». — «Прощайте»."
Известно, что позже Пастернак выкупил эти книги.
Книг в шкафу не очень много. Например, родительские тома энциклопедии Брокгауза и Эфрона и "Истории России" С.М. Соловьева. 29-ого июня 1922 г М.И. Цветаева в письме к Б.Л. Пастернаку вспоминает: "Зимой 1919 г. встреча на Моховой. Вы несли продавать Соловьева (?) — «потому что в доме совсем нет хлеба». — «А сколько у Вас выходит хлеба в день?» — «5 фунтов». — «А у меня 3». — «Пишете?» — «Да (или нет, не важно)». — «Прощайте». — «Прощайте»."
Известно, что позже Пастернак выкупил эти книги.
